Решение поехать на рыбалку и совместить её с охотой на вечёрке возникло спонтанно. Ничего не предвещало такого поворота накануне первого сентября. Но сборы сына в первый класс утомили, расслабившуюся за лето, душу. «Кислое» выражение его лица и такое же состояние медленно передавалось мне, и я, неожиданно, произнёс: « А поехали на рыбалку?»
Сын довольно кивает головой в ответ. Решено — едем!
Хорошо, мама сегодня на работе, а то бы она показала нам с тобой рыбалку!
Быстро грузим в багажник машины лодку, спиннинг и зачехлённое ружьё с патронами. Давлю на педаль акселератора, и машина резво мчит в сторону Дмитрова. Полтора часа пролетают незаметно. Вид водной глади и шелест камыша будоражат кровь. Надуваем лодку, собираем снасти и выходим на воду. Уровень воды заметно упал, оголив чёрный коряжник затопленного когда-то леса. Медленно продвигаемся вперёд, держа курс на коряги. Под днищем лодки не больше полуметра воды. Всё заросло водорослями, и при каждом гребке весла опутываются, словно сетями.
Вдруг, в нескольких метрах от лодки ударила хвостом щука, гревшаяся на солнце и потревоженная нами. Она торпедой ушла в сторону коряг, показав тёмную спину. Адреналин выплеснулся в кровь, заставив сердце забиться быстрее. Уже видны чистые «окна», не заросшие водорослями в обрамлении камыша и коряжника. Где же быть пятнистой хищнице, как не здесь!
Крадучись, подплываем к ближнему «окну» размером два на метр. Дальний его край упирается в камыш. Отцепляю десятисантиметровый зелёно-серый твистер от пропускного кольца и делаю первый заброс. Приманка легла точно у дальнего края между стеблей камыша. Быстро делаю пару оборотов катушки, чтобы силиконовая обманка не легла на дно. Вижу, завилявший хвостом, твистер, и тут же следует щучья атака! Сильный всплеск заставляет вздрогнуть наблюдавшего за искусственной рыбкой сына. Моментальная подсечка и конец спиннинга согнулся дугой. Заскрипел фрикцион, нехотя стравливая плетёнку. Гася удилищем сильные рывки, стараюсь не пустить щуку в спасительный камыш! Всё происходит на поверхности, и от этого завораживающего зрелища сердце выпрыгивает из груди у нас обоих! Пятнистая хищница, поняв, что в камышах ей не скрыться, выпрыгивает из воды, делая эффектную свечку. Мотая головой в воздухе, пытается освободиться от застрявшего крючка. Но он надёжно засел в углу её пасти!
- Олег, подсачек давай! — возбуждённо кричу сыну.
Он подаёт его, и я завожу в него уставшую от борьбы щуку. Перекидываю за борт, и недовольная рыбина с новой силой забилась в лодке, измазав её борта слизью.
- Вот это щучища! — восхищённо выпалил сын, сверкая глазами. На вид в ней было около двух килограммов, но для него, увидевшего в первый раз живую щуку, она казалась здоровенным «крокодилом»! «Успокаиваю» её и, достав из подсачека, рассматриваем наш трофей.
- Какие зубы! — удивляется сын, проводя по ним пальцем.
- Смотри осторожней! — остерегаю его. Видишь, что она сделала с твистером!
Увидев разрезы в теле силиконовой приманки, он сразу убрал руку. Кладу щуку в нос лодки и берусь за вёсла. На следующих двух окнах не везёт. Видимо, шум от вываживания первой щуки спугнул осторожных хищниц.
Проплываем метров сорок, и я делаю заброс в следующее, чистое от водорослей, окно, находящееся у края коряг. Раненная в прошлой схватке рыбка булькнула свинцовым носом в темнеющей воде. Не успел сделать оборот катушки, как последовал щучий удар! На этот раз это был небольшой «карандаш» под полкилограмма. Поняв, что она на крючке, щучка выдавала кульбиты один за другим и у самого борта благополучно сошла. Ни капли не расстроившись, мы продолжили рыбалку. Обогнув остров из коряг, наткнулись на многообещающую чистину. Она протянулась вдоль камыша с одной стороны и вдоль коряг с другой метров на двадцать в длину и метра четыре в ширину. Всем своим видом крича — здесь точно есть щука!
Прошу сына подержаться за корягу. Меняю растерзанный твистер на небольшой поппер окунёвой расцветки. Брошенная приманка падает в воду в конце плёса, ровно посредине. Делая рывки кончиком удилища и одновременно подматывая плетёнку, заставляю поппер производить булькающие звуки, похожие на жирующего окуня. Обманка проходит по поверхности воды около пяти метров, как я замечаю пошедшую волну от коряг, и тут же поппер скрывается в щучьей пасти. Она делает разворот, шлёпнув жёлтым хвостом, пытаясь уйти обратно в коряжник. Подсекаю, одновременно подматывая плетёнку. Хищница, почувствовав вонзившиеся в пасть тройники, вылетает свечкой из воды. Но я вижу, что она надёжно села на оба тройника! Поэтому не отказываю себе в удовольствии подержать её на леске подольше и порадовать себя и сына восхитительной по красоте и накалу борьбой! Вторая щука в полтора килограмма составляет компанию первой, затихая в носу лодки. Диск солнца незаметно закатился за вершины леса, находящегося на противоположном берегу. Вечерний пейзаж постепенно менял алый цвет на серую охру. С зашедшим солнцем, спустилась прохлада. Вылетели на пир полчища кровососущих гадов, противно пища вокруг. Ухо улавливает знакомый свист. Кручу головой в поисках уток, но не могу увидеть! Да вот же они! Летят над водой на фоне темнеющего леса. Четыре крупных крякаша, сделав вираж, садятся в заболоченную заводь, через протоку. Быстро собираю спиннинг, чтобы не мешался в узкой протоке и убираю в чехол. Достаю ружьё и, вложив в стволы пятёрку, медленно гребу к протоке, за которой сели утки.
Я прекрасно знаю это место, так что упираясь в дно веслом, тихонько двигаю лодку вперёд, прикрываясь ближним берегом. До выхода в заводь, где кормятся утки, остаётся пару метров. Кладу стволы ружья на нос лодки, приклад на ногу у пояса — всё я готов! Разгоняю лодку двумя мощными толчками и влетаю в, затянутую ряской и водорослями, заводь. Успеваю увидеть кормящихся уток, две из которых торчат вниз головой, словно большие поплавки. Первая пара с тревожным кряканьем моментально взлетает, вторая взлетает с секундным опозданием. Этого хватает, чтобы вскинуть ружьё, выцелив последнюю утку, нажать на спусковой крючок. Кряковая по наклонной падает в ряску на краю заводи, оставив вокруг себя пятно чистой воды.
- Попал! — послышался за спиной радостный голос Олега.
- Да, хороший выстрел! — произнёс не без гордости я.
Подплываем к нашей добыче и, достав, любуемся ей. Сын гладит утку, улыбаясь. Я вырываю перо и вставляю в его бейсболку, поздравляя с полем!
- Ну что, постоим ещё?
- Постоим! — получаю утвердительный ответ.
- Ну и получим мы от мамки! — вырывается у меня из груди неутешительное предчувствие.
Хотя, получим в любом случае! — посмотрев на часы, обречённо вздохнув, говорю сыну.
Поплыли в одно место, там всегда утка садится! Но приплыв, не узнаю знакомый плёс! Таким я его ещё не видел! Воды несколько сантиметров, остальное торфяная жижа. Вылезаю из лодки и тащу к образовавшемуся камышовому острову, разделившему плёс на большую и маленькую лужи. Затихаем в томительном ожидании, устремив взоры в темнеющее небо. Вдруг, за спиной раздался всплеск. Сначала я не придал ему значения, подумав, что это ондатра. Но всплеск повторился снова и снова. Мне стало интересно, и я полез через стену камыша к мелкой заводи. Раздвинув его, на противоположной стороне, сразу увидел толстые спины нескольких щук, беспомощно ворочавшихся в чёрной жиже. Они медленно задыхались от нехватки кислорода, обречённо дожидаясь мучительного конца.
- Что там? — не выдержав, крикнул Олег.
- Подсачек готовь! — ответил я, возвращаясь.
Сын недоумённо протянул мне подсачек, с вопросом: «А что там?»
- Щуки! Налей в лодку воды! — схватив подсачек, быстро произнёс я, и помчался назад.
Зайдя в жижу, подвёл подсачек под ближнюю щуку и поднял, чтобы рыба очутилась в сетке. Измученная пленница покорно поддалась, затихнув внутри. Быстро подтаскиваю к себе и бегу к лодке, продираясь через камыш. Сын уже успел налить в лодку немного воды. Выпускаю первую и бегу обратно. Повторяю процедуру со второй. Уже довольно темно. Надеваю налобный фонарь и возвращаюсь. Третья щука настоящий крокодил! Завожу подсачек с носа, и пытаюсь надеть на неё сетку, но треть всё равно не помещается! Поднимаю щуку вверх хвостом и тяну по жиже к себе. Наконец, чёрный треугольник со щучьим хвостом наружу, оказывается у меня в руках. В этот момент звонит телефон, отвлекая от нелёгкой работы. Не обращая на него, продолжаю нести очередную щуку к лодке.
- Это мама звонит!
- А то я не знаю! — кряхтя, отвечаю я сыну.
- Лучше ответить!
- Не могу! Видишь руки по локоть в грязи! Возьми телефон и поговори. А я, пойду, там ещё пара осталась, кажется…
Когда последняя пятая щука очутилась в лодке, мы с облегчением вдохнули! Почти всё дно было заполнено щуками, покорно лежавшими друг к другу в, заполненной водой, лодке. Я осветил их фонарём, и тут Олег задал мне вопрос: «Пап, а что мы с ними будем делать?»
- Тебе решать! — ответил я, смотря сыну в глаза.
- Давай их отпустим! — не раздумывая, ответил он.
- Молодец! Ты принял правильное решение! — обняв сына, радостно произнёс я.
И мы потащили лодку к глубокому каналу, соединяющему несколько больших водяных карт. Самым приятным завершением сегодняшнего выезда, был выпуск пленниц на свободу! Большую щуку выпустил Олег. Не веря в свободу, она вяло стояла у поверхности. Но только сын плеснул на неё воды, щука, ударив хвостом, ушла на глубину.
- Загадывай желание!
- Хочу, чтобы мама не ругалась! — немного подумав, ответил он.
- Ну, это вряд ли! — смеясь, ответил я.
Отмыв чёрный ил с себя и лодки, быстро собираемся и мчим домой. Уже первое сентября, половина первого ночи. За окном мелькают огни деревенских домов, бензоколонок, проезжающих мимо машин. Олег, сладко посапывая, спал сзади. Я вёл машину, а на душе было легко и тепло! Тепло от того, что мой сын сегодня принял правильное решение, может быть главное в его начинающейся жизни! Сколько ещё судьба, будет ставить его перед нелёгким выбором, мне неизвестно, но очень хочется верить, что он поступит правильно!
Дмитрий Васильев
© фото автора
