Это — совсем свежая история.
На днях мы с подругой в надвигающихся сумерках неспешно шли через нашу Берёзовую рощу, несли из магазина сумки с едой и притворялись не биологами, а нормальными тётками. Получалось неплохо, особенно, если не прислушиваться к разговору (щебетали мы, помнится, о лещах-лигулёзниках. Для НЕбиологов — о лещах, заражённых глистами).
Оживлённую дискуссию пришлось прервать на полуслове, потому что на дорожке мы, испытав почти благоговейный восторг, увидели крупного жука-носорога. Он лежал на спине и уже не шевелился. Когда мы его подняли и осмотрели, оказалось, что одно крыло безнадёжно повреждено, и сбоку сочащаяся рана.
Что произошло с беднягой, наверное, мы никогда не узнаем. Скорее всего, врезался куда-то при полёте. Вес-то большой, вот и повреждения значительные. А может, кто-то пытался съесть на лету, клюнул — и не удержал? Кроме ворон, из крупных хищных птиц у нас живут совы и пустельга. Не знаю, едят ли они носорогов...
Хотя жук-носорог и называется Носорог Обыкновенный, обычным я бы его не назвала. По крайней мере, для Москвы. Он занесён в Красную книгу Москвы и отмечен только в двух местах: в Главном Ботаническом саду и в нашей Берёзовой роще. Хотя я впервые вижу здесь этого крупного, красивого жука.
Носороги откладывают яйца в каком-нибудь тёпленьком местечке — в разрушенных деревьях, в дуплах, в основном, в нижней части ствола, у корней. И ещё — в перегное, в опавших листьях, в теплицах, а если есть конюшни — в навозных кучах. Из яиц вылупляются личинки, страшные обжоры, которые, съедая всю органику, до которой дотянутся, окукливаются и превращаются во взрослых жуков через 3-4 года.
Жуки вылетают обычно в конце июня — июле, летают по вечерам и ночью. Хищников ночами поменьше, но прохладно. Поэтому теплолюбивые Носороги частично покрыты рыжей шерстью. (Как Шерстистые Носороги ледникового периода!) Ещё эти волоски наэлектризованы, заряд передаётся на рог, с помощью которого жуки ориентируются в пространстве.
Да, но при чём тут ботаника? Просто всё взаимосвязано: многие годы наши парки, в том числе нашу Берёзовую рощу, по осени начинали тщательно убирать. Выпиливали сухостой, уничтожали деревья с дуплами, корчевали старые пни, а также собирали все опавшие листья. Листовой опад погружали в большие чёрные мешки и на грузовиках увозили в неизвестном направлении. Очевидно, туда, где черви превращали листья в превосходный компост, который можно расфасовать уже в другие мешки и продавать.
А наша роща уходила под снег голышом. Корни мёрзли, заботливо выращенные за весну и лето листья отдавали запасы питательных веществ другим растениям, в каких-то далёких садах и огородах. Насекомым негде было откладывать яйца, личинки без укрытия неминуемо погибали зимой. А это значит — и птицам нечего было есть...
По-моему, впервые за последние несколько лет не хватило денег убрать всё подчистую. Осталось, осталось немного листьев, и перегнили они, и личинкам было тепло, и вот результат — настоящий жук-Носорог. Надеюсь, и не один, и у других его собратьев будет более удачная судьба. Надеюсь, не всех их съедят хищники, а главное — не тронут люди. Ведь не все же боятся «страшных, огромных жуков», которых со страху убивают, и не каждый «энтомолог-любитель» потащит живых красавцев в свою коллекцию.
И, если мы будем вести себя по-человечески, может быть, Носороги из Красной Книги вновь перекочуют в нашу Берёзовую рощу.
А там, глядишь, и слоны с жирафами подтянутся...
Маша Трифонова
рисунок и фото автора
