Спидометр отмотал восемьсот восемьдесят километров, когда мы, наконец, повернули под указатель «ГУБИНО». Проехав ещё километр, остановились у занесённого снегом дома, из трубы которого плотным белым столбом валил густой дым.
Все дружно вылезли из машин и, кряхтя по-стариковски, стали разминать конечности, затёкшие от долгой дороги. Вечерний морозный воздух приятно щипал щёки и щекотал ноздри при каждом вздохе. Луна была опоясана широким светлым ореолом, словно шерстяным шарфом, своим видом предупреждая, что ночью ударит настоящий мороз!
Устроившись в доме и разложив вещи со снаряжением по своим местам, мы посовещались и решили снять с машин аккумуляторы от греха, убрав их в тёплый дом. После этого, с чувством выполненного долга, сели за стол ужинать, за которым подняли стопку за приезд, за наступающее РОЖДЕСТВО, да за удачу! Те, кто «посильнее», продолжали поднимать тосты уже за другие, нужные и правильные события и вещи, я же, тихо устроившись у печки, сладко дремал под треск горящих в печи дров и монотонный разговор сидящих за столом друзей.
Утром проснувшись и позавтракав, мы выехали на первую ознакомительную охоту-разведку. На улице было -29 градусов, но мороз не ощущался и не мешал нашей охоте. Первую заячью жировку мы обнаружили, отъехав всего несколько километров от деревни по прочищенной для лесовозов дороге. Одиночный след косого уходил в заснеженный колок молодых берёзок, находившийся рядом с дорогой, размером метров сто на пятьдесят.
Мы выгрузились из «Нивы», надели лыжи и стали обходить остров, замыкая круг. Заяц несколько раз пересекал остров, но сделав двойной круг, всякий раз возвращался обратно под защиту густых заснеженных берёз. Последняя хитрость и он, наконец-то, залёг, решив, что окончательно всех запутал.
Саня и Олег встали по разные стороны берёзового островка, а мы с Женькой пошли в загон. Подойдя к краю берёз, мы сняли лыжи, потому что протиснуться на них сквозь густые, берёзовые «джунгли» просто невозможно. Сойдя с лыж, тут же провалились по пояс в глубокий снег. Мы, словно два ледокола, оставляя за собой широкую борозду, вползли в заснеженный островок. Кое-как, с руганью, полными штанами снега и не передаваемых ощущений мы проползли эти сто метров!
- Ну что? Видели зайца? – запыхавшимся голосом спросил я ребят.
- Нет! – ответили в один голос стрелки.
- Быть такого не может! – удивился Женька. - Сейчас посмотрим. Я пойду по лыжне с одной стороны, а ты замкнёшь с другой. Не мог он остаться после такого шума!
Встретившись на том же месте, где оставили лыжи, мы увидели выходной след, нашего зайчишки. Перехитрил нас «косой», ничего не скажешь! Не показав носа, прополз краем, прыгнул на свой ночной след и был таков! Хитрецу решили подарить жизнь, тем более, что Олег с Санькой промёрзли до костей, когда стояли на месте. С нас же пот тёк ручьём, и пар валил, как от паровоза.
Мы сели в «Ниву» и покатили дальше. Через пять километров мы уткнулись в тупик; всё, дорога кончилась. Вокруг простирались поля, перелески и куда не взгляни – везде был снег, снег, снег. Природа словно замерла, уснула под тяжестью белоснежного пушистого покрывала, кутаясь и прячась от подступившего холода. Настоящая рождественская сказка!
Решено на сегодня охоту закончить, а завтра непременно вернуться сюда и проверить старые вырубки на наличие тетеревов. К ночи мороз крепчал, а утром градусник показал – 43 градуса! Но дурная голова покоя не знает, и мы с Женькой решаемся ехать. На охоту приехали, а не в доме сидеть, в конце-то концов! Правда, машина завелась только после прогрева паяльной лампой, но все трудности позади, и мы тронулись в путь. Ехали мы очень медленно, лобовое стекло ещё не оттаяло, и мне приходилось каждую минуту счищать образовавшийся на стекле лёд, делая маленькую амбразуру, как в танке. Сам я ничего не видел и удивлялся, как Женька что-то может рассмотреть в этой щёлке, да ещё вести машину!
Но вот машина останавливается, и мы на месте! Быстро надев лыжи и ёжась от подступившего холода, начали топтать лыжню, меняясь, время от времени. За этим занятием мы быстро согрелись и, уже не ощущая мороза, шли, любуясь окружающей нас красотой и проверяя местность на наличие тетеревов и заячьих следов.
Вот прошли три лося: бык, корова и телёнок. Попаслись на краю поля в молодом осиннике и легли спать, отойдя десяток метров от своей столовой. Но, встревоженные нашим присутствием, лёгким аллюром ушли низиной.
А вот и первая большая вырубка. Мы обошли её по периметру, но ничего не попалось нам на глаза. Решили проверить середину и точно – есть! На снегу видны то тут, то там, лунки от тетеревов, зарывшихся в снег! Одна, две, три…десять, пятнадцать. Да сколько же их здесь!!!
Я жестом показал Женьке приготовиться, а сам лыжей наступаю на ближнюю ко мне лунку. В тот же миг, словно взрыв, из-под снега вырывается тетёрка, а вслед за ней рядом с нами ещё четыре чёрных петуха взрывают снег!
Женька торопливо стреляет в поднявшихся тетеревов, но потеряв равновесие, падает в снег с головой, запутавшись в лыжах. Через несколько секунд, взрывая снег, поднимается ещё пять тетеревов и, взяв на прицел одного, накрываю его стволами и жму на спуск. Звучит выстрел и черныш, подломив крылья, комом валится в глубокий снег. Вторым выстрелом мажу!
Дрожащими руками я перезаряжаю ружьё, закрываю стволы, и тут же следующая пятёрка тетеревов покидает свои снежные квартиры. Адреналин ударил в голову, и я уже палю наугад!!! Тем временем, тетерева продолжали взлетать, а я салютую им в след, не нанося никакого вреда! Всё! Патроны кончились! Последняя пара тетеревов поднялась и, как назло, полетела на меня, словно издеваясь.
Женька лежал в снегу и беспомощно матерился, ругая кривые ноги, холодный снег и ещё кого-то!
- Давай помогу! – протянул я руку другу. Извини, раньше не мог! Думал, сам справишься.
- Да ладно, сам виноват! – не скрывая досады, пробубнил Женька. Ну, сколько подстрелил? А то я, барахтаясь в этом снегу, пропустил всё самое интересное!
- Одного, – ответил, смутившись, я.
- Всего?! Я-то думал, что мы пойдём назад все увешанные тетеревами, а он одного! Мазила!
- Ладно, не бубни!
Ради интереса пересчитали лунки – 34 штуки!
- Тридцать четыре тетерева, а сбил только одного, это ж надо! – сокрушался Женька.
- Пошли к машине, уже смеркается. Завтра возьмём реванш! И смотри мне, попробуй только упасть!
На следующее утро мы стояли на своей лыжне и с надеждой смотрели вперёд, предвкушая встречу с «нашими вчерашними» тетеревами. Проверив вчерашнюю вырубку и не обнаружив ничего, мы двинулись дальше.
Через пятьсот метров обнаружили едва заметную дорогу, ведущую в лес. На всякий случай решили её проверить. Через сто метров наткнулись на заячью двойку – тропу с заячьими следами, сделанную дважды, чтобы обмануть охотника. Следы уходили вперёд по дороге. Распутывая их, мы заметили длинный прыжок, уходящий в лес недалеко от края второй вырубки, как две капли воды, похожей на первую.
Выйдя на край вырубки, мы замерли в восхищении и в предвкушении одновременно! Вдруг, боковым зрением я замечаю движение слева от меня. Медленно повернув голову, я замечаю зайца, несущегося на нас.
¬¬
- До него метров восемьдесят, – шепчу Женьке, чтобы он успел приготовиться.
Здоровенный беляк на полном ходу летел в нашу сторону, сокращая расстояние; семьдесят шагов, шестьдесят, пятьдесят, ну-у-у-же! Звучат наши выстрелы, и заяц ныряет в заснеженный лес. На бегу, кричу Женьке:
- Вставай на след и гони! – на бегу кричу я Женьке.
А сам возвращаюсь назад к заячьей скидке и вовремя; беляк пулей вылетел на чистину. Выстрелив наугад, дробь выбивает из зайца пух, и он, присев, прячется за кустом. Выстрелив через куст, у меня кончаются патроны и пока я перезаряжаюсь, вижу, как он уходит по своим следам, теряя много крови.
Прокричав Женьке, чтобы он стоял на месте, я начал тропить раннего зайца. Еле ползу по пояс в снегу, и вдруг со стороны Женьки раздаётся выстрел.
- Дошёл! – кричит он.
- Хорошо! – отвечаю я.
Вернувшись обратно, выкапываю лыжи и пытаюсь на них встать. Наконец, у меня это получается, и я спешу поздравить друга с полем!
А беляк, и правда, хорош! Повесив его на берёзу, мы направились к середине вырубки, откуда виднелись тёмные лунки на белом снегу.
Подходя ближе, мы увидели, что это, оказывается, старые, давно покинутые лунки, а вот за ними метрах в тридцати свежие! Сделав ещё пару шагов, мы увидели, как настороженные недавними выстрелами тетерева взрывают своими упругими крыльями пушистый снег. Наши выстрелы эхом отразились в заснеженном лесу. Только последним патроном Женька сбивает своего краснобрового красавца. Я же отстрелял в белый свет, как в копеечку!
Подняв добытого Женькой тетерева, я крепко жму ему руку, поздравляя с полем!
На этом наша охота в Костромской глубинке подошла к концу, и мы дали себе зарок вернуться сюда за тетеревами весной, но эта уже другая история……
Дмитрий Васильев
(фото автора)
